Маленький оркестр в жилой комнате — Hi-Fi стерео в американских домах 50-60х годов


(стерео бармен) #1

Кадр из сериала Mad Man

В эпизоде «Signal 30» сериала Mad Man, действие которого происходит в 1966 году, несколько героев встречаются на вечернем ужине в пригородном доме Пита Кэмпбелла – сотрудника Нью-Йоркского рекламного агентства, и его жены Труди. Но Дона Дрейпера, креативного директора Манхэттенского агентства, не прельщает перспектива провести вечер в Кос Кобе, штат Коннектикут. «Субботний вечер в пригороде? – говорит Дон своей жене Меган. – Да там можно просто помереть со скуки!»

Следующая сцена проходит в жилой комнате, прямо перед прибытием Дона и Меган, где Пит хвастается перед своим коллегой Кеном Косгроувом своим последним приобретением: новенькой стереосистемой в деревянном корпусе. Блестящая панель растянулась напротив окна вдоль всей стены комнаты. Пит и Кен слушают «Девятую симфонию» Бетховена, одновременно заглядывая внутрь акустической системы.

Пит: Впечатляет, не так ли? Ощущение, будто под крышкой спрятан крохотный оркестр!
Кен: Да уж, потрясающе!
Пит: Она отлично вписывается в интерьер. Панель 7 футов в длину – да на нее мог бы прилечь Уилт Чемберлен [американский баскетболист 60–70х, один из самых выдающихся игроков в истории баскетбола – прим. перев.].
Кен: Мог бы, да только зачем?

Оба диалога – негативное отношение Дона к загородной вечеринке и беседа Кена с Питом о консоли – показывают настроения американцев в послевоенный период, когда стереосистемы стали доступны широкой публике. Во фразах героев мы можем проследить скрытую связь между, вроде как, банальным решением выехать из города – области цивилизации и высокой культуры, и демонстрацией сложной стереосистемы, которая способна переместить мировую культуру в маленький мир загородного домика. Рекламные лозунги домашних стереосистем гласили, что технологии способны подарить обитателям домов ощущения как от прослушивания симфонического оркестра – высказывание Пита про «крошечный оркестр» можно было услышать из уст многих владельцев аудиосистем.

Существует огромное, постоянно увеличивающееся количество литературы, рассказывающей о влиянии технологий на домашний быт. Во многих книгах рассказывается про телевидение, радио и такие распространенные сегодня цифровые устройства, но практически нигде не упоминаются аудиосистемы, так как исследований о влиянии стереосистем на жизнь в домах второй половины 20-го века сравнительно мало. Как повлияло на семейную жизнь появление оборудования, воспроизводящего звук высокой четкости, например, динамиков? Как стереосистемы поменяли представление американцев об отношениях домашнего интерьера и внешнего мира? Как стерео изменило жилые пространства? Короче говоря, что означает для американца возможность стоять рядом с собственным крошечным оркестром (группой, хором, певцом) в своей собственной комнате?

Качественный звук домашнего стерео повлиял на жилые площади. В домах произошли как физические изменения: многие переделали комнаты и заменили мебель, чтобы создать оптимальную среду для прослушивания музыки, так и изменения социальные: дома со стереосистемами считались респектабельными и подчеркивали культурный статус. Отсылка Питера Кэмпбелла к размеру корпуса консоли показывает, насколько кардинально изменились взгляды американцев на жилые комнаты и гостиные в доме. Производители, продавцы, меломаны и простые потребители – все искали системы и устройства, воспроизводящие звук высокой четкости и доставляющие максимум удовольствия, но при этом по-прежнему являющиеся элементом декора, показывающим статус. Категория «иметь стереосистему» стала неразрывно связана с категориями «быть белым», «принадлежать к среднему классу» и «иметь свой дом».

Наряду с появлением большого количества потребительских технологий (таких как радио и телевидение), соединяющих личный и изолированный домашний мирок с событиями «большого мира», стерео высокой четкости обретало популярность с поразительной и даже пугающей скоростью. По телевизору шли мировые и местные новости, где показывали картины заграничных войн и городских преступлений с абсолютно новой частотой и потрясающим уровнем детализации. В то же время стерео давало возможность жителям пригорода, живущим вдали от городских концертных залов, театров, кофеен и университетских кампусов, послушать симфонические оркестры, выступления музыкантов с Бродвея и других популярных артистов.

Реклама домашней стереосистемы 1960-х годов

###Полмиллиона людей с новым хобби
Нет никаких сомнений, что домашние стереосистемы сильно поменяли отношение к прослушиванию музыки. Радио и фонографы появились десятилетиями ранее, и все это время радиослушателям приходилось полагаться на тех, кто создавал технологии, позволяющие выбирать между разными радиостанциями. Фонографы и виниловые проигрыватели предоставили возможность выбора, но качество звука ранних моносистем оставляло желать лучшего. С распространением стереозаписей, владельцы Hi-Fi систем получили возможность слушать любую музыку, а продвинутые технологии доставляли удовольствие от прослушивания.

Более того, домашнее стерео позволяло многократно слушать одну и ту же высококачественную запись, которой не свойственна специфика живого выступления. Слушатели наслаждались возможностью воспроизводить свои любимые песни снова и снова. Классическая музыка, джаз, спектакли, детские и народные песни, кантри, чтение Евангелия, христианские гимны – всем этим можно было наслаждаться в любое время. Существовали записи на любой вкус, воспроизводящие звук именно так, как того хотелось слушателям. Аутентичность воспроизведения – это самая популярная характеристика звука высокой четкости.

Но как много владельцев домов в послевоенный период имели Hi-Fi стереосистемы? В 1945 году House & Home подсчитали, что «в прошлом году полмиллиона человек влились в ряды энтузиастов Hi-Fi». В 1955 году некий крупный специалист отметил, что «аудиосистемы, воспроизводящие звук высокой четкости, теперь доступны всем и по низкой цене» (Растущее количество публикаций, ориентированных на свежеиспеченных меломанов – это еще один показатель популярности технологии). В действительности, хотя стереотехнология была разработана еще в 1930 году, первая коммерческая запись, выпущенная Американской радиовещательной корпорацией, появилась только в феврале 1954 (ей была композиция «Осуждение Фауста» композитора Гектора Берлиоза, записанная в концертном зале «Симфони-холл» в Бостоне).

Ближе к концу десятилетия один из обозревателей объявит, что «1958 год в Америке запомнится как год появления стерео». Довольно выразительный комментарий, но статистика показывала, что к осени 1965 года только 3% всех домовладельцев покупали стереосистемы и 2,6% намеревались это сделать. Очевидно, что высококачественные системы оставались специфическим товаром в ранний послевоенный период, но спрос на них среди тех, кто мог себе позволить подобное дорогое удовольствие, постоянно увеличивался, и их популярность выросла к середине 60-х годов. Для среднего класса такие системы практически мгновенно стали №1 в списке желаний.


Рекламные брошюры компонентов стереосистем середины 20 века

Потребители покупали не просто компоненты системы. Популярный маркетинг и принятие технологии стерео публикой сформировали большую аудиторию слушателей, которой ранее не существовало – домашнюю аудиторию. Ко второй половине 50-х и началу 60-х годов прослушивание музыки на Hi-Fi системах стало не просто музыкальной культурой, но распространенной частью домашнего быта. Люди слушали музыку, занимаясь повседневными делами: от работы по дому до отдыха и от обеда до секса. Теоретик культуры Джордж Стейнер (George Steiner) в 1961 году написал: «Новый состоятельный средний класс мало читает, но слушает музыку с нескрываемым удовольствием. Там, где раньше находились книжные полки, теперь гордо стоят стеллажи с записями альбомов и элементы Hi-Fi аппаратуры». Прослушивание музыки быстро стало одним из любимых занятий американцев.

Если семьи видели в прослушивании музыки приятное дополнение к их домашней жизни, музыканты и исследователи культуры были настроены более скептично. Многие исполнители беспокоились, что раз музыку можно слушать где угодно и когда угодно, то домашнее стерео приведет к пассивному поведению слушателей, и в связи с этим люди перестанут ходить на концерты. Этого убеждения придерживался Теодор Адорно (Theodor Adorno), теоретик музыки Франкфуртской школы, который начал писать о проблеме в конце 1930-х годов. Он давно проявлял интерес к влиянию масс-медиа на культуру и общество, и из написанных им книг следует, что его взгляд был пессимистичным.

Адорно считал распространение технологий, позволяющих легко получить доступ к музыке (он назвал это «атомизированным прослушиванием»), поощрением поверхностного знакомства с культурой, что в свою очередь сформирует эстетически-нечувствительную аудиторию, которая абстрагируется от общества. В подобной манере Адорно и один из немногих его союзников, Макс Хоркхаймер (Max Horkheimer), жаловались на необоснованность застроек в послевоенный период за пределами города – они приводили те же аргументы, которыми высмеивали зарождающиеся аудиотехнологии. По их мнению, обе тенденции были завязаны на массовой унификации: все дома были «сделаны под копирку» и «через какое-то время будут выкинуты за ненадобностью, словно пустые банки из-под консервов».

Адорно критиковал все. Он называл потребителей однообразными и вешал на них ярлыки. Десятилетия изучения музыки и культурных особенностей говорили об обратном, но Адорно продолжал игнорировать нюансы и многогранность изменяющейся культуры. Быстрое распространение домашних стереосистем могло вызвать терпимость к «Мьюзак» [пассивно потребляемой музыке, созданной для того, чтобы настроить людей на определенный лад – прим. перев.], но также усиливало желание членов семьи всех возрастов и регионов страны получить больше разнообразных музыкальных записей. Это стимулировало интерес к музыке у владельцев стерео, потому что они могли слушать то, что им хочется, и когда хочется. Стало абсолютно ясно, что одинаковые дома не означают одинаковые жизни, а Hi-Fi системы не обязательно ведут к появлению поколения потребителей с одинаковым вкусом и предпочтениями.

Наоборот, чем больше домов приобретали стерео, тем больше любители джаза, классики, блюза, рока и поп-музыки оттачивали свои вкусы, обсуждая и, иногда, даже ссорясь с семьей, друзьями и соседями из-за новых направлений, артистов и последних аудиотехнологий. Благодаря стереосистемам у американцев появилась возможность прилечь на ковер и поднять руки в воздух, словно дирижируя воображаемым симфоническим оркестром (тем самым, который «скрывается» под крышкой консоли). Или потанцевать с друзьями под новую пластинку. Или посидеть в большом, удобном кресле с напитком, слушая, как ноты камерной музыки или джаза наполняют комнату.

Появилась возможность сидеть на диване с ребенком, слушая как Бёрл Айвз [Burl Ives, американский актер и певец, лауреат премии «Оскар» – прим. перев.] читает детские стишки, или обучающие записи, например, симфоническую сказку «Петя и волк», которая учит детей распознавать звуки различных инструментов. Появилась возможность играть религиозную музыку по праздникам. Домашнее стерео помогало выучить песни из последнего бродвейского шоу, проигрывая их снова и снова.

Подростки старались выразить свою индивидуальность, врубая последний рок-н-рольный альбом на полную громкость. Стерео произвело социально-культурный сдвиг в повседневной жизни и даже вызвало ряд проблем с эргономикой пространства, которые потребовали новых решений. Стереосистемы преобразили очертания дома. В нем появилось пространство для «перформанса», во всех значениях этого слова, где можно было потанцевать и выразить свою индивидуальность – четко выверенная расстановка элементов музыкальной стереосистемы стала новым способом показать социальный статус и культурный уровень.

Слева: Рекламный плакат усилителя Regency, датированный 1954 годом
Справа: Стереосистема в жилой комнате, середина 20 века

###Марширующий оркестр, прорывающийся сквозь стены
Появление стерео вызвало эргономические проблемы разного масштаба. Одним из значимых эффектов раннего стерео было то, что оно позволяло переместить весь широкий мир в одну комнату пригородного домика: «Поезда и самолеты проносились по жилым комнатам всей страны, оркестры прорывались сквозь стены квартир… Новая музыка имела объем и вес, которую могли превзойти только композиции, сыгранные вживую». С появлением стерео, жилые помещения, внезапно, приобрели новую глубину – маленькие комнаты обычного дома стали восприниматься больше благодаря достижениям звукоинженеров. С эстетической точки зрения, ощущение глубины звука было определяющей особенностью «современного» дома.

Самое большое воздействие на общество стереотехнологии оказали, стирая границы между частным домом и внешним миром. В начале 70-х годов британский писатель Рэймонд Уильямс (Raymond Williams) сформулировал концепцию «мобильной приватизации», которая постулировала, что стирание границ вызывало появление новых технологий (в частности, телевидения) в пригородах. Мобильная приватизация, писал он: «одновременно поддерживает и мобильный, и домашний образ жизни».

Новые дома могут казаться приватными и «самодостаточными», но их обслуживание возможно только с помощью регулярного финансирования и поставок из внешних источников, на которые, в свою очередь, влияют разнообразные факторы, начиная с уровня занятости и цен и заканчивая кризисами и войнами. Такие внешние факторы могут оказать решающее или даже разрушительное воздействие на то, что со стороны воспринимается как автономный «семейный» проект. Эта взаимосвязь создала и потребность в новом типе коммуникаций, и сам этот тип: потребление новостей «извне», из источников, которые не были доступны иными путями.

Или, как заявила медиа-теоретик Линн Спигель (Lynn Spigel) в своей недавней работе: «Телевидение объединило частное и публичное пространство». Я бы дополнил это утверждение тем, что стерео тоже привнесло аспекты публичной культуры в дом. Спигель утверждает, что телевидение позволило американцам взаимодействовать с обществом на расстоянии. Стерео также создает «чувство присутствия», давая возможность послушать музыку, созданную и сыгранную очень далеко.

Вместо того, чтобы усугублять чувство отдаленности загородной территории от городских концертных залов, стерео наоборот пытается убрать ощущение изоляции. Медиа-историк Майкл Булл (Michael Bull) говорит: «С помощью силы звука мир становится знакомым, личным пространством, мир начинает принадлежать вам». Стереофонический звук стирает границы между «здесь» и «там». «Звук захватывает слушателя и дает ему возможность как бы побывать в других местах, – пишет Булл, – Звук позволяет пользователям управлять своим жизненным пространством в манере, соответствующей их желаниям». Неудивительно, что рекламы расхваливали Hi-Fi системы, заявляя, что они способны «отправить вас и ваше любимое кресло в ложу любой оперы мира».


Оригинал: A Tiny Orchestra in the Living Room: High-fidelity stereo and the postwar house.
Автор: Dianne Harris
Перевод: Аудиомания


WAF, Wife acceptance factor — ЖДД, Жена дает добро
(стерео бармен) #2

###Хороший слух
Нетерпеливым владельцам высококачественных стереосистем вскоре стало ясно, что для воссоздании истинно стереофонического эффекта новая технология требовала особого внимания к окружающему пространству. Даже те, кто никогда не придавал значения эстетике, стройматериалам или размерам комнат, теперь начали исследовать эти вопросы, если они позволяли получить еще большее удовольствие от прослушивания Hi-Fi системы.

В большинстве случаев приобретение Hi-Fi оборудования и динамиков требует перестановки мебели, чтобы освободить место, и, в идеале, максимизировать точность воспроизводимого звука. В то же время, меломаны оттачивали свои навыки слушать и вырабатывать определенные культурные установки. Любой может обрести то, что историк коммуникаций Джонатан Стерн (Jonathan Sterne) назвал «хорошим слухом», который в наше время «с появлением среднего класса как отдельной категории» стал «знаком отличия» – это ознаменовало переход в «эру нового звука».

Современники новой звуковой эры рьяно создавали новые пространства для прослушивания музыки. Жилые комнаты превращались в «звуковое окружение» и переставали быть просто местами, где собирается семья, чтобы посидеть на диване с друзьями, почитать или посмотреть телевизор с приятным бонусом в виде стереосистемы. Новые жилые пространства были специально приспособлены для создания особых видов восприятия.

Домашние стереосистемы образовали новую культуру прослушивания музыки и новые способы использования жилых площадей. Гостиная могла превратиться в танцпол, сцену, место для прослушивания музыки (в особенности для мужчин с наушниками) или площадку, где можно было продемонстрировать свои навыки владения техникой (мужчины часто покупали части аудиосистем выполненные по индивидуальному заказу и старательно изучали их функционал).

Реклама колонок University, 1963 год

Более того, новые высококачественные динамики и усилители означали возможность достижения иных уровней громкости, сохраняя при этом высокое качество звука. В маленьких домах музыка могла ежедневно наполнять дом под аккомпанемент голосов жен и веселящихся детей. По вечерам и в выходные к общему хору присоединялись мужья. Очевидно, что Hi-Fi системы в основном покупали мужчины. Но женщины проводили гораздо больше времени дома, и нет никаких сомнений, что они наслаждались музыкой, а также были благодарны, что стереосистемы на какое-то время занимали детей и подростков.

Новая «звуковая эра» стала новым испытанем для строителей домов. На протяжении 20 века развитие технологий и разработка акустических систем и материалов дала возможность лучше контролировать звук, в особенности в общественных местах – концертных залах и кинотеатрах. Однако стереофония не являлась определяющим фактором при строительстве домов среднего и рабочего класса – они строились быстро, с использованием недорогих материалов, то есть для покупателей, которые не могли позволить себе дорогие Hi-Fi системы. Когда звуковые параметры начали учитываться в строительной индустрии, то одной из первых задач стала шумоизоляция помещений, за которую особенно критиковались дома со свободной планировкой (об этом поподробнее чуть позже).

Знаком отличия лучших архитекторских домов стала планировка, которая учитывала расположение Hi-Fi системы. Необходимые провода могли быть разведены в ходе строительства, а спрятанные или замаскированные динамики – вмонтированы в стену. Для размещения частей аудиосистемы могли быть построены специальные стенки. В домах, которые строились на скорую руку, наоборот, место для проводов, динамиков и компонентов системы нужно было выкраивать из уже занятого другими вещами пространства.

Встроенная стереоустановка, середина 20 века

###Стереосистемы: встроенные и отдельно стоящие, спрятанные и выставленные напоказ
Расположение Hi-Fi элементов и динамиков тщательно выбиралось как жителями домов послевоенного периода, так и их строителями. Стереосистема была волнительным приобретением, вызывающим желание сделать ремонт или перестановку, чтобы представить элементы системы в более выгодном свете. Это позволяло улучшить качество звучания, повысить удовольствие от прослушивания и продемонстрировать обществу свои амбиции.

Те, кто желал приобрести новое оборудование, должны были решить четыре пространственных вопроса. Во-первых, типичные дома были площадью менее 1500 квадратных футов – площадь большинства домов Левиттауна на Лонг-Айленде составляла всего 1000 квадратных футов. Семья из четырех человек легко найдет, чем заполнить каждый дюйм каждой комнаты. Где размещать новое оборудование?

Еще одной проблемой была звукоизоляция – членам семьи требовался какой-то уровень покоя и уединения. Следующий вопрос – это акустическая достоверность, которую меломаны называют «стереополем», требующем определенного расположения динамиков. Наконец требовалось решить вопрос социальной статусности – домовладельцы всеми силами старались представить стереосистемы так, чтобы выглядеть респектабельно в глазах общества.

У желающих купить стереооборудование было два варианта. Они могли купить части системы и динамики по отдельности – так предпочитали делать истинные меломаны, показывая свои умения в самостоятельной сборке и настройке системы. Не секрет, что такой подход был самым дорогим. В качестве альтернативы потребители могли приобрести уже собранную консоль с определенным набором компонентов, размещенных в корпусе, который вписывался в интерьер.

Но в обоих вариантах архитекторы, издания об интерьере и дизайне, дизайнеры, производители стереосистем и продавцы сходились в одном – компоненты системы должны оставаться скрытыми, и это строго контролировалось. Само присутствие стереофонического аппарата повышало статус жилища. Открывание крышки с целью продемонстрировать дорогие компоненты вызывало вздохи и ахи впечатленных гостей. Чем удивительнее или элегантнее был дизайн корпуса, тем выше был его статус.

Фото из The New Fisher Handbook, 1964 год

Чтобы максимизировать эффективность Hi-Fi систем, динамики нужно располагать в соответствии с инструкцией. Основная идея звука высокого разрешения в том, что музыка как бы переходит в третье измерение. Бинауральная запись на двух дорожках подается через двойные динамики, расположенные в разных частях комнаты. Задача такого аудио – создать ощущение пространства – 3D-звук. Поэтому инструкции содержали подробные схемы, чтобы помочь домовладельцам соблюсти «звуковой баланс».

В них указывалось не только расстояние между колонками, но даже влияние вибраций на диваны, кофейные и журнальные столики, кресла. Владельцам стереосистем рекомендовалось обставлять дом в скандинавской манере, поскольку подобный минимализм не глушил звуковые эффекты, как было в случае с другими, более «перегруженными» стилями. Не рекомендовалось стелить в комнате со стереосистемой толстые ковры, так как они поглощали звуковые вибрации.

Хотя такие манипуляции выходили за пределы возможностей большинства владельцев стерео, инструкции говорили, что звуковой баланс может быть достигнут, только если соблюдены все условия, и все стоит на своих местах. Жилая комната с динамиками, по своей сути, должна была стать сценой для идеальных стереофонических выступлений – невидимых, но реалистичных и передающихся по воздуху в виде звука.

Чтобы помочь домовладельцам достичь таких эффектов, продавцы торговали системами, которые вписывались в готовые, специально отведенные для них места или в отличную стойку, произведенную дизайнерами, работавшими для Herman Miller, Dunbar и Baker. Некоторые независимые продавцы объедянились с местными мастерами, производящими колонки и консоли для своих клиентов или продающими уже готовые предметы мебели.

Индивидуальные инсталляции, которые прятали компоненты в искусно украшенном корпусе, были очень дорогими и обычно стояли в домах, спроектированных дизайнерами для богатых людей. Журнал High Fidelity назвал «мечтой любого аудиомана» установку, не позволяющую точно определить источник звука.

Каталоги и журналы по дизайну интерьера рекомендовали, чтобы стереосистема гармонировала с окружением, становясь невидимой или незаметной. Если жители дома и гости не могли увидеть части системы, то им приходилось догадываться об их присутствии глядя на элегантно встроенную установку или необычный дизайн корпуса.

В 1961 выпуск Stereo содержал огромное количество иллюстраций нового оборудования, которое относилось к четырём категориям: «встроенное/ изящно скомпонованное/ смонтированное в форме «стенки»/ выступающее частью интерьера». «Изящно скомпонованное» оборудование означало, что оно принимало вид отдельно стоящего шкафа. «Стена развлечений» помогала «избежать беспорядка и не занимала много места». Но наиболее рекомендуемым вариантом была встроенная конструкция, которая могла содержать усилитель, проигрыватель для пластинок, кассетный магнитофон, стойку для пластинок и кассет и, если возможно, динамики.

В этом случае комната не выглядела перегруженной Hi-Fi системой. В любом случае, домовладельцам рекомендовалось прятать «сети из проводов», выглядящих как неприглядные клубки. Провода, выставленные напоказ (вызывающие в памяти ассоциации с многоквартирным домом), считались неприемлемыми для домов, выражающих индивидуальность жителя пригорода. Правильно спроектированные корпусы и развлекательные «стенки» прятали внутреннее содержимое и коммуникации, которые создавали тот самый звук, полюбившийся меломанам, желающим превратить жилые комнаты в концертные залы.

Увеличение пространства в маленьких домах послевоенного периода было очень важно по практическим и символическим причинам. Встроенная аппаратура и стойки с мультимедиа помогали домовладельцам соответствовать идеалам среднего класса, установленным законодателями моды. Неудивительно, что торговые журналы пытались продать новую развлекательную технологию. В том же выпуске Stereo за 1961 год говорилось, что мультимедийный стеллаж со складывающимися дверьми позволит «владельцу восстановить вид жилой комнаты» – словно новая технология причиняла некоторые неудобства.

Статья говорила, что двери и откидные панели могут «полностью скрыть систему из виду, если нужно». Такие развлекательные стенки часто включали в себя телевизор, и в журналах советовали выбирать фронтальные панели из дерева – так не было видно «холодного» металлического блеска высоких технологий. Меломаны могли наслаждаться «автоматическим концертом не отвлекаясь на блестящие ручки регулировки и вращающиеся пластинки». В дополнение к улучшению интерьера, корпусы, которые скрывали стерео и телевизоры от взора, позволяли домовладельцам скрывать свое драгоценное увлечение, но при этом намекать на его наличие.

Скрывая блестящие ручки регулировок и работающие проигрыватели, владелец стереосистемы казался личностью утонченной и получал всяческое одобрение. Если идеалом 19 века считалось отсутствие в доме свидетельств тяжелого труда, то для загородных домов середины двадцатого века таким «хорошим тоном» стала возможность скрыть от глаз посторонних современные достижения техники.

Некоторые из инсайдеров индустрии рекомендовали прятать стереокомпоненты по другим, не менее важным «психологическим» причинам. Чтобы спрятать колонки в стену, она должна быть как минимум 17 дюймов толщиной – это требование редко встречалось в обычных домах. Автор Ричард Робертс (Richard Roberts) предполагал, что колонки должны укрываться декоративными занавесками или размещаться в стенных ящиках с откидными панелями. Он считал, что динамики должны быть слышимы, но не видимы.

«Максимальный психологический эффект воспроизведения стерео может быть достигнут только тогда, когда невидим источник звука… Когда слушателям очевидно, что звук исходит из электрического приспособления, то (с точки зрения психологии) для них разрушается чувство «реальности» происходящего… Зачем выставлять напоказ искусственность воспроизводимой музыки? Почему бы не преуменьшить этот аспект?..

Если колонки диссонируют с дизайном интерьера, значит инсталляция собрана неграмотно. И вновь в основе всего лежит психология. Вам мешает наслаждаться музыкой вид динамиков, не вписывающихся в интерьер. Вы должны прекрасно чувствовать себя дома, у вас не должно создаваться впечатления, что вы сидите в акустической комнате».

Психологические «манипуляции» – создание эффекта возникновения звука «из ниоткуда» с минимальными свидетельствами присутствия в комнате его источников – должно было создавать эффект исключительный эффект погружения и, разумеется, демонстрировать высокий социальный статус. Однако, такой идеал был редко достижим.

Реклама 1960-х годов

###Одновременно интересные, расслабляющие, эстетичные и утилитарные
Возможно, из-за подобных сложностей редакторы Stereo в начале 60х годов начали продвигать новый стиль жизни – создание домашних установок, которые были одновременно интересными, расслабляющими, эстетичными и утилитарными. По-прежнему придерживаясь рекомендаций скрывать оборудование в деревянных корпусах, они все же начали продвигать идеи эстетичности отдельных элементов систем.

«Красота и функциональность привлекательного проигрывателя пластинок, который бесшумно вращается на блестящей деревянной подставке. Регуляторы усилителя или тюнера, сверкающие в электрическом свете как абстрактные скульптуры и скрывающие за собой контролируемый ими удивительный мир музыки и звука».

Stereo писал:

«Материалы и цвета, доступные сегодня, могут превратить комнату из места, окружённого четырьмя стенами, в помещение, приятное с акустической и визуальной точек зрения, отражающее мир ваших интересов».

Элементы декора, скрывающие в себе стереосистемы, могли выполнять практические функции, но кроме того они олицетворяли собой эстетику высокотехнологичного чуда, преклонения перед прогрессом, характерную для середины 20 века. Их содержимое переливалось и блестело как произведение абстрактного искусства. Hi-Fi системы могли превратить обыкновенную жилую комнату в потрясающее футуристичное пространство.

У домовладельцев нередко не хватало места, чтобы разместить новые системы, поэтому на свет появлялись забавные хитроумные приспособления. Статья середины 50-х годов советовала размещать компоненты стереосистем в кухонных шкафах. «Концерты для кухарки. Почему бы не поставить в кухонные шкафы что-то еще кроме горшков и сковородок? Тюнер, усилитель, консоль, плеер и динамик могут скрасить ежедневную рутину получше мыльных опер».

Один из читателей High Fidelity нашел свое собственное интересное решение. Посоветовавшись с женой, он решил поставить стереосистему в духовку: «Она открывалась в двух направлениях и вмещала в себя все оборудование. В закрытом состоянии она совершенно не напоминала стереосистему, но это решило наши проблемы». Похожее предложение содержалось в статье Popular Mechanics 1955 года, где предлагалось экономить место, встроив домофон и Hi-Fi инсталляцию на место сушилки для одежды.

Аудиосистемы высокой четкости порождали не только проблемы с размещением. Новая технология даже конфликтовала жилыми нормами. Порождая новые темы для общения с семьей, друзьями и соседями, стерео заставляло задуматься о шумоизоляция. Для обитателей малых домов воспроизведение прекрасного звука на большой громкости было и удовольствием, и назойливым вторжением в личную жизнь.

Контроль звука стал распространенной проблемой, в особенности в домах с открытой планировкой. Громкий звук телевизора или стереосистемы в одной комнате мешал читать или учиться в другой. Вот, что говорили об этой проблеме жители одного из домов со свободной планировкой в Беркли:

«Дом – это сугубо личное пространство. Однако здесь невозможно уединиться. Когда мы принимаем гостей, мы отправляем нашего сына ночевать к друзьям. Если один из нас не любит аккордеон, то другому лучше практиковаться, когда никого нет дома. Наш сын не может привести своих гостей, когда мы приглашаем наших».

Стерео обострило эти проблемы. В конце 50-х годов популярные журналы, такие как Life, публиковали истории о «Небольших домах, играющих на нервах». В том самом эпизоде «Безумцев», в сцене с консолью, жена Пита просит его убавить музыку, чтобы не разбудить спящего ребенка.

Решением этой проблемы, которую вызвали технологии, стали другие технологии. Один автор рекомендовал всем меломанам «надевать наушники, если хочется уединиться и послушать музыку». Еще один советовал использовать дистанционное управление, чтобы регулировать работу установки из смежных комнат.

Еще одним советом по формированию «частного аудиопространства» стали рекомендации по размещению оборудования начиная с предложений повернуть аудиоколонки «лицом» во двор, и заканчивая более экстремальными решениями в виде установки телевизора на подставку, которая бы вращалась между комнатами, чтобы можно было смотреть телевизор в одной комнате, а музыку слушать – в другой.

К сожалению, такие решения обычно оказывались бесполезными: в маленьких домах возможности усилителя часто перекрывали все ухищрения. Легко догадаться, что не только владение стереосистемой, но и шумоизоляция дома была важным показателем статуса. Для многих жителей пригорода, которые четко помнили, какой была семейная жизнь эпохи Великой Депрессии, дом, в котором нет навязчивых звуков, казался респектабельным владением, в отличие от шумных квартир и улиц грязного, перенаселённого города.

Hi-Fi системы быстро стали запоминающимся атрибутом американской послевоенной жизни вне зависимости от того, прятали ли их в специально сделанные деревянные корпуса, выставляли ли на полках мультимедийной «стенки» или упаковывали в консоль размером с баскетболиста. Трудно не заметить, как стереотехнологии изменили жилые помещения и изменили социокультурный баланс между городом и пригородом.

Коренные нью-йоркцы вроде Дона Дрейпера могли ненавидеть ужины в Коннектикуте, но Пит Кэмпбелл был счастлив показать семифутовую консоль в своей комнате в Кос Кобе. Стереосистемы позволили бесконечному числу жителей пригорода подобно Питу собирать и выставить напоказ истинное культурное знание – увлечение «хорошим музыкальным вкусом» – и сделать это дома, наслаждаясь своим собственным «крошечным оркестром».


(стерео бармен) #3

Вот консолька от Symbol Audio как раз попытка вернуть бабушкин комод.


(Radoslav) #4

Отличный пост. Давно что-то такое хотелось почитать. Да и MadMen я смотрел :slight_smile: очень интересно старые американские журналы полистать (в электронном виде). Сразу становится понятно, откуда это “hi-fi enthusiast” появилось. Причем половина материалов в журнале об аппаратуре - о музыке, типа “познавательная страничка”. очень интересно и увлекательно. Сейчас уже многое чуть ли не в цинизм сползло, если как “на фоне” оценивать.


(Radoslav) #5

http://static1.squarespace.com/static/51dd8a95e4b0ff2f7c9874ae/52cc76ece4b033f36cd27767/52cebdb6e4b003fe3fa435be/1389305587887/?format=1000w

В тему


(стерео бармен) #6

ZU Audio не совсем честная консоль, скорее мебель :grin:


(стерео бармен) #7

Интересно было бы такое же исследование про советское аудио в домах и квартирах.


(стерео бармен) #8

(стерео бармен) #9